Томас Манн сказал: «Война — всего лишь трусливое бегство от проблем мирного времени». Неужели у нас было столько проблем, что разрешить их можно только гражданской войной? Неужели мы должны окунуться в безумное время, которое безо всяких усилий превращает друзей во врагов? Причем, совершенно не важно, где эти разнодумцы находятся – в разных странах или в соседних подъездах.

Мой двоюродный брат через день звонит мне из Москвы и пытается объяснить ситуацию. На мои попытки что-то возразить у него один ответ:

- Ты просто ничего не понимаешь!

Я соглашаюсь. Пусть лучше вещает менторским тоном, а я останусь при своем мнении. Ему издалека «виднее». Он видит разрушенные дома только на экране телевизора, а взрывы слышит в записи. И, слава Богу, что так.

Нам, краматорчанам, точно так же сложно понять жителей Славянска, хотя их беда может через несколько дней стать и нашей.

В субботу к моей подруге из этого почти разрушенного города приехали родственники. С переездом тянули до последнего. Только, когда в их квартале отключили свет, воду и газ, они сели в машину и какими-то нехожеными тропами через три часа добрались в Краматорск.

О том, что происходит в их городе, говорят неохотно. 

- Почти все наши знакомые уехали. В нашем дворе осколком убило женщину. Хлеба три дня купить не могли, а когда его привезли в магазин, то, оказалось, что покупать уже некому – людей нет. Когда начинают бомбить, спускаемся в убежище. Кто еду с собой несет, кто – выпить. Так как-то легче. А вообще, к выстрелам почти привыкли. Вот, недавно возле Молочара был пожар – горели ларьки и кафе. Кто-то заблокировал дорогу.  Жарко – почти все водители вышли из машин. И вдруг из посадки раздались выстрелы! Думаешь, все кинулись прятаться? Нет! Мужики стоят, спорят, из какого оружия идет стрельба. Чувство опасности как-то притупилось. Мы словно отупели все. Вот только, когда уезжали, то так сердце болело за кота – взять с собой нельзя, а на улицу выпустить тем более – он же домашний, погибнет. Так он на нас смотрел! И ключи родственникам оставили, и еду кошачью, а невозможно забыть его глаза – вся эта маленькая жизнь в наших руках. Через пару дней поеду в Славянск. Будь что будет – заберу его!

Кстати, отношение к домашним животным в наше тревожное время – это особенная тема. Одна моя знакомая собирается уехать к матери в Липецк.

- Оформлю там гражданство – я в России родилась. Детей с собой заберу, а муж пусть остается на своей исторической родине! И собаку заберу, оформлю все документы и вывезу – страшно животное здесь бросать. Это предательство!

Мужа бросать не страшно, а собаку… Как оказалось, в такие вроде бы ясные понятия добра и зла, каждый вкладывает свой собственный смысл. 

- Я списалась с одной семьей в Полтаве – обещали меня с ребенком приютить, - рассказывала мне на той неделе соседка. – Она тоже мать-одиночка с двумя маленькими детками. Поеду к ней. Там, в центральной Украине, спокойно. И люди добрые, не то, что здесь! 

Вчера встретила ее во дворе.

- А мы уже эвакуируемся в среду! – сообщила она.

- В Полтаву?

- В какую Полтаву? В Электросталь. Там меня обещали встретить, поселить и деньги на первое время выделить. В России люди добрые, не то, что здесь! 

Ей, съедаемой страхом за себя и за свою маленькую дочь, абсолютно все равно, куда бежать, ей не до политики и не до дележа власти. Она одна, без денег, без помощи, надеется на добрых людей. Которые, к счастью, есть везде. И, слава Богу. За тридевять земель, к черту на кулички можно поехать, чтобы спасти своих детей. Тем более, что от заявлений политиков легче не становится. Война не вчера началась, и, к несчастью, похоже, не завтра закончится.  

Говорят, что война очищает общество. Действительно, сильные излечиваются от суеверных страхов, искренне легковерные - от неизбежных заблуждений, восторженные - от излишнего романтизма, непримиримые – от однозначности.

Моя подруга осталась в Славянске. Уехать она не может – на руках пожилая мать, которая ни в коем случае не оставит свой дом. В прошлую субботу, после страшного обстрела, в многоэтажке в микрорайоне Артема, где живет ее свекровь, волной выбило все стекла. Подруге позвонил ее бывший муж, с которым она уже лет десять как в разводе. Сейчас его нет не то что в городе, но и в стране. «Помоги моей маме! - попросил он. – Сама знаешь, у нее никого нет. Она напугана, квартира разрушена. Забери к себе!». Конечно же подруга согласилась. Но пришлось об этом сказать своей маме. Та же и слышать не хотела о ненавистной свахе, не то чтобы приютить ее у себя.

- Мама плакала, топала ногами и кричала, что только через ее труп порог ее дома переступит женщина, которая столько зла причинила мне. Я умоляла, не поверишь, даже на колени становилась, просила: «Сейчас не время помнить старые обиды. Мама, пойми, речь идет о жизни человека!». И она согласилась. Сейчас вот сидят рядом в подвале – разговаривают и пьют таблетки. Одна от стресса, другая – от давления…

Я никогда не думала, что придется переживать то, о чем только читала в книгах и видела по телевизору. Любую войну нужно ненавидеть, ее невозможно оценить – большая или маленькая, холодная или горячая. Но  вот война оценит каждого. По делам и мыслям.