Сесть за статью меня толкнуло сообщение, которое я прочитал в Интернете. «Сегодня, недалеко от Краматорска, в районе села Октябрьское, Славянского района, группа сепаратистов численностью 30 человек напала на колонну украинской армии, которая везла воду и пищу солдатам, охраняющим телевышку…». Невольно вспомнил  то, как эти армейские «продукты питания»,  взрывались   три часа подряд и загнали всех жителей села в погреба…

А если вкратце, то дело с перевозкой «продуктов» было так. В середине дня во вторник 13-го мы с женой боролись в поле с сорняками, то же самое делали и мои соседи. На противоположном берегу водохранилища на дороге появилась колонна военных машин, которая свернула с нее и начала спускаться по склону к дамбе в направлении села. На эту постоянно мелькающую перед глазами технику мы уже перестали обращать внимание. Но, когда раздались первые выстрелы из гранатометов и затрещали автоматы, мы невольно посмотрели в сторону, откуда донесся шум боя. На глазах задымились БТР-80 и  ГАЗ-66… Сосед сказал: «Похоже, подбили технику». А я ему: «Да это, наверное, солдатики сделали дымовую завесу, чтобы сбить с толку нападающих автоматчиков». Не хотелось верить, что такое может случиться в нашем тихом маленьком селе... 

Но потом, когда увидели, что  машина с солдатами свалилась с дамбы,  и выстрелов стало больше,  мы поспешили уйти с поля. Сильнее застрочил  крупнокалиберный пулемет, его пули были хорошо видны на поверхности водной глади… Потом все немного стихло, но через время   стрельба и взрывы возобновились. Как позже выяснилось, это начали взрываться боекомплекты  подбитых машин, которые  армейцы почему-то бросили рядом с жилыми домами, хотя можно было спокойно оставить  их рядом с кладбищем, куда вела прямая дорога… 

Мне потом, когда я рассматривал эту подбитую армейскую технику, в голову пришла мысль: в этом соседстве есть что-то зловеще символическое. Дело в том, что горящие машины, были брошены возле домов, где живут молодые семьи с маленькими детьми. Их в нашем селе очень мало, и они натерпелись от взрывов мин и патронов больше всех. 

Машины пылали и взрывались до самого вечера, к тому же понаехало много солдат, которые начали ходить по полям и строчить из автоматов по кустам, хотя было видно, что там никого нет. (Судя по слухам, нападавшие, после того как стрельнули из посадки, сели в газельку и укатили).  

К этой шумной картине можно добавить и звук быстро появившихся вертолетов, которые носясь над селом, наводили ужас на всех его жителей. Сосед насчитал 17 штук. Я не считал, а только  фотографировал.

Вертолеты носились над домами очень низко и пускали все время красные ракеты, видно, пилоты думали, что сепаратисты их будут атаковать ракетами с головкой теплового самонаведения. Два зеленых вертолета были наши украинские, остальные – белые с символикой ООН, с подвесными ракетами. Село возле села четыре вертолета. Раненых погрузили в один из них, а мертвых - в подъехавшую машину с красным крестом…

К вечеру  взрывы стали стихать.  Недалеко от моего дома стоял  дымящийся БТР-80. Я хотел подойти ближе, чтобы сфотографировать, но солдат из оцепления начал стрелять вверх, дав понять, чтобы не подходил. Я ушел.

В это время увидел, что на дамбу приехал тягач, который начал вытаскивать подбитую грузовую машину на дорогу. Ее часа через два вытянули и потянули в сторону села Михайловка.  Стемнело, взрывы и стрельба не прекращались.  В селе погас свет, настала ночь... 

Чуть рассвело, пошел по селу, чтобы посмотреть, что случилось с линией электропередачи. Встретил жительницу крайнего дома. Она рассказала, что солдаты потребовали от ее мужа «информацию о террористах» и пообещали: в случае, если он не признается, вставят ему  гранату в задницу, чтобы улучшить память. Он после этого разговора не спал всю ночь…

В общем,  страсти умело накаляются. Прочитал в Интернете: «В районе боя под Краматорском в посадке нашли ракетную установку российского производства, рядом с которой лежала инструкция на русском языке»…  Для кого пишут такие сообщения, не понятно. Понятно лишь то, что теперь и в нашем селе не будет покоя. 

Увидев, что провод перебит в нескольких местах осколками, начали с соседом собирать народ, чтобы самим устранить неполадки. На  РЭС не было надежды.  Когда восстанавливали линию электропередачи, которая была  напротив подбитого ГАЗ-66 с минометом, подъехало три машины с корреспондентами. Они стали расспрашивать нас о случившемся. Я  рассказал  что видел. Потом спросил: откуда они приехали? Разговаривали с акцентом. Оказалось, из Сербии. Ребята рассказали, что это они у себя в стране уже проходили и теперь расхлебывают. 

Один из корреспондентов очень возмущался тем, что вокруг машины лежит много неразорвавшихся мин. «Почему солдаты не убрали их?». Я сказал, похоже, они всех жителей села тоже считают террористами. 

Подошел ближе к обуглившейся машине с минометом. В ней помимо мин лежал сгоревший автомат. Я взял его и выбросил в водоем… Начали приезжать другие журналисты и собираться  люди из соседних сел. Многие из них были «металлистами», которые все железо начали быстро курочить и резать...  Мины и патроны собирали в мешки… Подумал, так, наверное, будет лучше. Ведь, судя по остаткам сгоревшего  миномета, это - «Василек», дальность выстрелов которого около 5 км. Радиус поражения осколками 18 метров. 

Идя домой, встретил жительницу села, которая мне рассказала: «Звонила родственница из Славянска и сказала: сегодня по поселку не стреляли, видно, мины не доставили по назначению. Ее семья каждую ночь плохо спит из-за взрывов».

Когда писал вечером этот материал, мне позвонил старый знакомый и спросил, что там под Краматорском случилось? Я спросил: откуда ты звонишь, он ответил из Западной Украины. Уехал из города, так как стали угрожать моей жизни и  семье. Забрали машину, забирают квартиру… Поэтому прикрыл газету, бросил бизнес… Никто из сепаратистов не хочет нормально со мной разговаривать, несколько раз пытались захватить меня, чтобы отвезти в Славянск... И лишь за то, что я хочу жить в единой Украине… Я ответил, что, наверное, и за то, что Восток Украины хочет, чтобы с ним считались… 

Этот знакомый иногда мне звонил, советовался. Когда он принял участие в акции «Вставай, Украина!», я пытался его и его друга отговаривать от участия в подготовке цветной революции, которая не принесла ничего хорошего ни Северной Африке, ни нам в 2004 году. Даже нарисовал на эту тему несколько картинок и выложил их в Интернете. Не помогло. Поэтому я сказал: «Жалко, конечно, тебя и твою семью, но  «лес рубят, щепки летят», «паны ругаются, а у холопов чубы трещат»... Нам тоже здесь достается. Вы заварили кашу и уехали, а мы тут остались расхлебывать...  Он еще долго изливал душу и в конце сказал: «Кончаются деньги, не знаю, на что жить, что буду делать дальше… И добавил: «Вы были правы, когда говорили: «Не буди лихо, пока тихо».

***

С утра я был в поле, кругом пели соловьи,  куковала кукушка. Жизнь продолжалась. Собаки в селе снова стали гавкать. А я тяпал и думал, когда же воюющие стороны усядутся за стол переговоров? Неужели   смерть солдат объединит  Украину?