А будет так, неотвратимо будет… 

На сцену выйдет в орденах старик –

Последний на планете фронтовик.

И перед ним в порыве встанут люди.

Эта статья — посвящение им, седовласым, орденоносным, таким терпеливым и всепрощающим, какими нам никогда не быть. Это - мой низкий поклон всем не вернувшимся с той войны и деду моему Александру Плеханову, который пропал без вести в свои 27 лет. А еще – это объяснение в любви Человеку, судьбой которого я давно интересовалась. И вот решила написать.

Года четыре назад, помню, я была возмущена до спазм от сообщения, что в отместку за решение Донецкого суда лишить Степана Бандеру звания Герой Украины, некоторые деятели местечкового масштаба выступили с инициативой отменить указ экс-президента Виктора Ющенко о присвоении звания Герой Украины Алексею Бересту, под командованием которого солдаты подняли Знамя Победы над Рейхстагом.

Имя Береста стало тогда поводом свести счеты в бесконечных подковерных политических интригах. И вряд ли кто-то из тех, кто требовал лишить звания Героя лейтенанта Береста, знал что-нибудь о судьбе этого человека. Им важно было «соблюсти справедливость» (бедное понятие — бесконечно изнасилованное негодяями разных времен и мастей) — Алексей Берест не являлся гражданином Украины, так как умер в 1970 году в г. Ростову-на-Дону (РФ), а «закон должен быть одним для всех, несмотря на то, нравится это какой-то части общества или нет» (цитата мотивации). 

И я решила напомнить тем, кто знал, или рассказать тем, кто не знает о Бересте, о лейтенанте Алексее Прокопьевиче Бересте. Я сама заинтересовалась его жизнью лет 15 назад, когда беседовала с военным журналистом, однополчанином Егорова и Кантарии, Николаем Ивановичем Шатиловым. Потом нашла статьи, публикации на сайтах о Бересте. Уверена — вам тоже будем небезразлична судьба Героя.

Из всех источников — книг, кинохроник все мы знаем, что Знамя Победы над Рейхстагом водрузили сержант Михаил Егоров и младший сержант Мелитон Кантария. На самом деле это неточная информация. Героев было трое. Возглавлял группу лейтенант Алексей Берест. 30-го апреля в 22 .00 Знамя Победы заалело на фронтоне Рейхстага. Но ожесточенное сопротивление в самом Рейхстаге еще продолжалось. В четыре часа утра 1-го мая Береста разбудили и передали, что немцы выбросили белый флаг, соглашаясь на переговоры. Проводя переговоры, Алексей Берест был краток. Он предложил немцам сложить оружие, гарантируя им жизнь. Немецкий полковник заявил, что сдаться должны русские. «Я в ультимативной форме обратил внимание на то, что данная беседа происходит не в Москве, а в Берлине, и я не затем пришел в Берлин, чтобы сдаваться, — вспоминал позже Берест. — Когда мы уже выбрались в вестибюль, эсэсовский офицер, сопровождавший нас, выстрелил мне в спину, но промазал. Я, резко развернувшись, разрядил свой пистолет, и тотчас же вспыхнула стрельба».

Когда в мае 1946 года был опубликован Указ «О присвоении звания Героя Советского Союза офицерскому и сержантскому составу вооруженных сил СССР, водрузившему Знамя Победы над Рейхстагом», среди награжденных имени Береста не было. Его не позвали и двадцать лет спустя, 9-го мая 1965 года, когда Знамя Победы впервые появилось на параде.

Но вернемся назад. После окончания боевых действий в Германии лейтенанту Бересту дают новое назначение, которое больше напоминало наказание. Он становится начальником одного из эшелонов, которые везли в Россию репатриированных — тех, кто был угнан во время войны в Германию. Выполнив задание, Алексей Берест заезжает в деревню Горяйстовку Сумской области — к себе на родину. А здесь в это время свирепствовал тиф, который и скосил Береста. Заболевшего офицера вывозят в Ростов-на-Дону, в военный госпиталь. Здесь он выздоравливает и встречает свою единственную любовь — медсестру Людмилу. Уже вместе они возвращаются к месту службы в Германию.

Отслужив в Германии, затем в Севастополе, он возвращается на родину жены, в Ростовскую область. Позже выезжает по направлению в Неклиновский район, где работает начальником отдела кинофикации. Все это время Берест требует восстановить историческую справедливость, напоминает, что во главе двенадцати бойцов он ворвался в Рейхстаг, водрузил знамя, вел переговоры с эсэсовцами, все это подтверждается документами и свидетельствами.

Но кто-то тогда посчитал, что вспоминать об этом неуместно, и в феврале 1953 года в дом Береста постучала беда: хозяина арестовали. Предъявить ему было нечего. Но, когда следователь районной прокуратуры с издевкой процедил: «Надо еще разобраться, где ты был во время войны, — может, отсиживался за чужими спинами?», фронтовик не выдержал. Он выбросил обидчика вместе с креслом, в котором тот сидел, со второго этажа. В результате — статья за хулиганство.

Так герой войны попал на лесоповал. Он не стал просить о помиловании, написав жене «Я ни перед кем на коленях не стоял и никогда не стану. Чем тяжелее для меня обстановка, тем я спокойней». Домой Берест вернулся только через 2 года и 7 месяцев.

Новую жизнь Алексей Берест решил начать в Ростове, куда и переехал с семьей — женой и двумя детьми. Пошел в простые рабочие, работал пескоструйщиком в сталелитейном цехе на заводе «Ростсельмаш». Вскоре стал бригадиром. Но до самой смерти имя Алексея Береста находилось под негласным запретом. 

3-го ноября 1970 года Алексей Прокопьевич проснулся ранним утром, чтобы, побрившись, сходить в парикмахерскую. Это было похоже на предчувствие. Забрав позже внука из садика, отправился с ним домой. Впереди торопилась куда-то женщина, ведя за руку маленькую девочку. Вдруг девочка вырвала руку и выбежала на железнодорожный путь, по которому со скоростью двигался пассажирский поезд. И тогда Алексей Берест, отпустив внука, бросился вперед. Он вытолкнул девочку из-под колес состава, но сам спастись не успел.

Еще несколько мучительных часов боролся Берест со смертью. На этот раз победа была за ней. Он умер в 49 лет.

Много раз и однополчане, и разные организации обращались в Москву с просьбой присвоить фронтовику заслуженное звание Героя. Тогда не присвоили. Сейчас собирались отобрать.

Как я не допытывалась, так и не рассказал мне Николай Шатилов, за что все-таки лейтенант Берест попал в немилость. А может, не знал и сам. Но на все мои расспросы тут же переключал разговор на Мелитона Кантарию, с которым он дружил долгие годы – ездил к нему в Грузию, встречал его у нас в Краматорске, когда тот гостил у него. К слову, и Алексей Берест был в Краматорске в 1968 году. Будучи командированным в Дружковку, он на пару дней заглянул к однополчанину. Николай Иванович организовал ему встречу с коллективом новокраматорцев, пригласил в редакцию газеты «За технический прогресс», главным редактором которой он являлся долгие годы. 

Возвращаясь же к причине забытия подвига Алексея Береста - есть предположение, что тогда, в охваченном огнем Берлине, Берест как-то пересекся с Жуковым, и разговор у них вышел далеко не томный. Неужели великий полководец не смог простить лейтенанту этого и вычеркнул его имя из списков победителей? Поговаривали, что в конфликте фронтовиков была задействована женщина. Так ли это сейчас, сложно сказать. Но для истории Алексей Берест остался Героем – он воевал и жил достойно. И умер как истинный Герой.