Украинские каналы в прифронтовой зоне можно смотреть преимущественно через спутниковые антенны. Об этом свидетельствуют данные исследования, проведенного Фондом «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива осенью 2016 года.

По данным исследования, в частности, в Станице Луганской украинские каналы могут смотреть только те, кто имеет спутниковые антенны, а те, кто имеют обычные аналоговые или приставку Т-2, смотрят только российское и «ЛНРовское» телевидение.

«Такая же ситуация в Торецком, но там также есть кабельное телевидение, на котором показывают украинские каналы. В Новопскове и Новгородской с помощью приставки Т-2 можно смотреть и украинские, и российские каналы. В селе Зеленое Поле участники утверждали, что российские каналы можно беспрепятственно смотреть по Т-2, а украинские каналы «глушатся», - отмечается в пресс-релизе фонда.

Во время исследования из украинских информационных программ участники фокус-групп выделяли новости на ТРК «Украина», «Интере», «1+1» и ICTV. Несколько реже упоминали новости на Первом национальном канале, СТБ, «112» и NewsOne.

 При этом в пресс-релизе отмечается, что, «хотя большинство тех, кто имеет возможность смотреть и украинские, и российские каналы, утверждали, что новости получают из украинских каналов, а на российских преимущественно смотрят фильмы и развлекательные передачи, в процессе дискуссии проявляли осведомленность с российской версией ситуации в Украине, а временами не только знание, но и солидарность с российским взглядом на события в Украине».

По данным исследования, радиостанции, как источники информации, пользуются меньшим спросом, в частности, часть респондентов указывала, что проводное радио не работает пять и более лет на соответствующих территориях, а некоторые респонденты о существовании проводного радио вообще не знали. В частности, проводное украинское радио в Станице Луганской работает, однако участники фокус-групп считают, что его нет.

В пресс-релизе также отмечается, что, согласно собственным оценкам участников фокус-групп, Интернет доступен около 50% местного населения, а вот среди молодежи этот процент существенно выше - до 100%. Также в фонде отметили, что «одним из популярных источников информации являются слухи».

«По мнению местных активистов, слухи часто распространяются целенаправленно. Когда это происходит, то информация «запускается» через конкретных «ответственных» за определенный участок (улица, квартал и т.д.) людей», - сказано в пресс-релизе.

В документе отмечается, что в ситуации ограниченного доступа даже к одной категории украинских СМИ, а также наложения на этот вакуум контента российских и сепаратистских телеканалов и радиостанций «распространено мнение, что истинной и объективной информации нет вообще ни от одного из имеющихся источников».

Кроме того, как отметили в фонде, ситуацию с ограниченным или отсутствующим доступом к украинским СМИ усиливает еще и то, что доверия к информации из украинских источников в целом мало.

«Это связано, по мнению респондентов, во-первых, с тем, что в украинских СМИ встречаются искажение информации, и наряду с традиционной пропагандой это обязательно попадает в поле зрения российских и сепаратистских СМИ, которые «раскручивают» ее еще больше; во-вторых, российское телевидение и радио доминирует в прифронтовой зоне, и доверие к нему усиливается тем, что его информацию в основном подтверждают родственники и знакомые, которые находятся на оккупированной территории и ретранслируют интерпретации российских и сепаратистских СМИ», - говорится в материалах исследования.

  При этом отмечается, что российское телевидение и радио доминирует в прифронтовой зоне, а украинские СМИ временами недоступны или менее доступны и менее многочисленны, чем российские.

«И если со стороны России и сепаратистов идет препятствование украинскому радио и телепрограммам (глушение), то аналогичная работа с украинской стороны отсутствует. Часть представителей местной власти, а вместе с ней местные СМИ, не заняли активной проукраинской позиции. Поэтому проукраинские активисты на местах могут чувствовать себя меньшинством, которое не имеет поддержки местной власти, и деятельность его существенно ограничена из-за неблагоприятного информационного фона, созданного российскими и сепаратистскими ресурсами», - отметили в фонде.