Cавик Шустер согласился принимать пищу. А заодно нашел новую работу: теперь его ток-шоу будет выходить на муниципальном канале «Киев».

Успех от подобных акций столь очевиден, что политтехнологи уже говорят об отказе от углеводов как о последнем тренде в украинской политике. Ведь голодают по любому поводу: чтобы добиться разрешения на работу, уволить чиновника, освободиться из СИЗО и просто в знак солидарности. «Вести» исследовали модную тенденцию.

Отказ от углеводов ради политики
«Законодатель моды» — Юлия Тимошенко. Именно она положила начало тенденции, отказавшись от пищи 20 апреля 2012 года в знак протеста. Продержавшись 20 дней, она заслужила всенародное сочувствие. «Общался тогда с жителями крохотного села, услышал от людей: «Она же святая — она голодает!» Это и есть целевая аудитория такого рода акций», — считает политтехнолог Захар Чистяков.

С начала весны-2016 отказ от приемов пищи стал всеобъемлющим трендом. Основных причин три. Во-первых, политические соображения: юрист Маси Найем (брат депутата Мустафы Найема) отказался от пищи, чтобы добиться отставки начдепартамента противодействия наркопреступности Нацполиции Ильи Кивы. Шантаж сработал. Голодовка прекратилась 22 апреля, когда глава Нацполиции Хатия Деканоидзе подала Авакову документы на увольнение Кивы. Телеведущий Савик Шустер перестал принимать пищу в знак протеста против лишения права на работу в Украине. Запрет отменили вчера.

Во-вторых, голодают из солидарности — например, с Надеждой Савченко. Две недели назад грузин Нодар Каралашвили разбил палатку в центре Львова, вывесив надпись «Украина, проснись — твоя дочь в плену!».

Наконец, третья категория — самая многочисленная: это заключенные или арестованные. В марте-апреле объявили голодовку экс-мэр Славянска Неля Штепа, обвиняемая в сепаратизме, глава ГК «Азов-Крым» Станислав Краснов, которого винят в госизмене и терроризме, россиянин Евгений Мефедов (проходит по «Делу 2 мая» в Одессе), боец «Донбасса» Юрий Коростелев (насилие против местных жителей), адвокат Юрия «Хорта» Павленко (винничанина обвиняют в организации беспорядков, также он разорвал портрет Порошенко) и многие-многие другие. В их случае голодовка чаще всего не срабатывала.

Девальвация метода

Правозащитники считают, что моральное право на голодовку имеет только последняя категория. И то отчасти: «Те, за кем не стоят дорогостоящие адвокаты, журналисты, к кому применяется насилие и пытки, — для них это последний довод. А толстосумы и негодяи, привлекающие к себе внимание таким образом, продают самое дорогое задешево, — сказал «Вестям» Эдуард Багиров. — При этом Надежду Савченко сразу нужно вынести за скобки: для нее это последний механизм самозащиты».
Чистяков пояснил: рост числа голодающих — явление временное: «Сейчас адвокаты поняли, что такой протест — медийный — это шанс подзащитных попасть в ленты новостей. И принялись вовсю им пользоваться».
Однако для тех, кто реально нуждается в привлечении к себе внимания (той же тюремной администрации, например), телекамеры на судах у «Азовцев» и «Донбассовцев» — плохая новость. «Происходит девальвация собственно такого метода воздействия, как голодовка. Чем чаще к ней прибегают, тем меньший вес… Когда голодает Савченко — это событие, когда кто-то заявляет о голодовке ради политики — это попытка разогнать общественное мнение», — утверждает политпсихолог Павел Фролов.

У Шустера был соблазн холодильником
Ветеран пенитенциарной системы Владимир Ажиппо рассказал  о правилах тюремной голодовки: заключенный или подследственный делает заявление (письменно или устно), его отселяют в отдельную камеру (понять, принимает ли он пищу, в общей камере сложно), держат под наблюдением врачей.
«Три раза в день в камеру ставят пищу ровно на час. При этом ее взвешивают — до и после изъятия. Запрещают курить, из-за чего многие срываются. Из десяти человек по-настоящему голодает только один», — сказал Ажиппо. На его памяти один заключенный по фамилии Вороной держался целых восемь лет. Как только показатели здоровья снижались, к нему применяли процедуру принудительного кормления. Под конец у него отнялись ноги, его признали инвалидом — и он умер при этапировании.
«Проверить, реально ли голодал Шустер и другие — нельзя, у них дома холодильник, соблазн велик», — заключил Ажиппо. Усомниться в честности заставляет именно тот факт, что «политических» голодающих ни разу не увозили в больницу по скорой. Ведь «настоящая» голодовка может оказаться губительной.
Нардеп и бывшая главврач Донецкого областного лечебного центра Татьяна Бахтеева пояснила: удар по организму колоссальный. «Стресс может обострить хронические болезни. В моей практике были случаи, когда даже простое воздержание от мяса и рыбы приводило к обострениям у взрослых мужчин, генералов. Это удар по сосудам, почкам и печени, в любой момент может остановиться сердце».